«Я даже и представить себе не мог, что стану членом совета директоров»
Член Правления НАКД Николай Соловьев о непростом пути и своих значимых достижениях в интервью
Николай Александрович, добрый день! Прежде всего, не могли бы вы рассказать о том, с чего начался ваш путь в корпоративном управлении?
Мой путь в корпоративном управлении начался с мероприятия, которое устраивали Николай Старченко и Александр Гоголь в Санкт-Петербурге. Меня пригласили на него как выпускника Президентской программы подготовки управленческих кадров от Санкт-Петербургского межрегионального ресурсного центра.
Собственно, я заинтересовался, потому было анонсировано, что коллеги расскажут о том, как попасть в Советы директоров государственных компаний. И один из нюансов был в том, что для этого не обязательно быть членом Совета директоров, и для каждого предоставляется возможность оказаться в данной сфере и двигаться дальше по карьерной лестнице.
Данное мероприятия изначально было в Ресурсном центре, и в тот день его посетили около 350-400 человек. Николай и Александр рассказывали, что существует Институт государственного управления, в который Росимущество приглашает профессиональных проверенных и независимых членов Советов директоров. Для этого нужно соответствовать определенным критериям и выполнить определенные действия, в том числе зарегистрироваться в личном кабинете Росимущества на Межведомственном портале.
Они рассказывали достаточно подробно, за исключением того, какие конкретные шаги необходимы, чтобы вступить в Совет директоров и какие существуют технические (и не только технические) нюансы.
В конце выступления, коллеги сказали, что те, кто заинтересовался, приглашаются завтра на условно платное мероприятие, на котором полностью расскажут технику вопроса, разберут любые нюансы, конкретно по тебе — можешь ли ты претендовать на избрания в Советы директоров или ревизионные комиссии и т.п. Реакция публики в основном такая: как обычно, что-то рассказывают, а потом предлагают за деньги посетить мероприятие. Многие посчитали это обманом, выманиванием денег и ушли.
Основная масса ушла с таким мнением, а я все-таки решил посетить данное мероприятие, так как располагал необходимым временем и мне было это очень интересно. Оно оказалось достаточно недорогим — чисто организационная сумма: для комфортной работы со слушателями и проводилось в Доме предпринимателя Санкт-Петербурга.
Вместе со мной пришло еще около 15 человек. На мероприятии нам осветили полный цикл работы Совета директоров, и рассказали, как Росимущество проводит отбор независимых членов Совета директоров и Ревизионных комиссий.
После мероприятия я подошел к Гоголю Александру Амуровичу, обозначил несколько нюансов. В основном требовался опыт управления в финансах и опыт работы на уровне топ-менеджера или генерального директора, а также рекомендации. По итогу нашего общения Александр Амурович сам дал мне рекомендацию, необходимую для вступления меня в общественную организацию, которая в то время называлась НКО Объединение корпоративных директоров и менеджеров (ОКДМ), ныне Национальная ассоциация корпоративных директоров (НАКД).
Что касается отсутствия опыта — на тот момент я был всего лишь начальником отдела противодействия иностранным техническим разведкам и технической защиты информации. К Советам директоров, экономике, финансам и другим вещам, нужным для работы и в Ревизионных комиссиях, это отношения не имело. Но я мог себя позиционировать как человек с отраслевым опытом — у меня было опыт работы в космическом производстве, морского приборостроения и вооружения.
К тому же, один из нюансов, который мне помог и потом сыграл роль в избраниях, — наличие допуска к государственной тайне.
Надо сказать, что на этом мероприятии всем рассказывали, почему не стоит пытаться избираться в такие общества, как ПАО «Газпром», очевидно, что там проходит исключительно индивидуальный отбор на самом высоком уровне и случайных людей туда не выбирают, однако многие до сих пор не понимают, зачем не стоит подавать заявки в такие общества. На мероприятии нам также подробно объяснили то, как с отраслевым опытом и опытом трудовой деятельности выбирать те организации, куда есть реальные шансы попасть и где ты можешь быть востребован как специалист определенного профиля.
Я занялся оформлением, вступил в Ассоциацию, оформил необходимую электронную цифровую подпись и подался в пять стопроцентно государственных обществ под управлением Росимущества.
Как сейчас помню, 12 апреля, в День космонавтики, к которому я считаю себя причастным, проходила комиссия. Николай Старченко, как член комиссии по избранию, позвонил мне и сказал, что меня избрали в Совет директоров Технического центра «Новатор» — это общество на космодроме «Плесецк» (сейчас этого общества уже нет). А потом, когда вышли протоколы, я с удивлением узнал, что меня вообще назначили председателем Совета директоров. Вот что значит — правильно рассчитать свои шансы и подать заявки с умом.
Для меня это был культурный шок. Я сразу же позвонил Николаю Старченко, сказал: «Я тогда, на встрече, хорошо послушал, но не настолько детально, у меня куча вопросов — я же теперь председатель». Узнал, когда будет ближайшее мероприятие, и уже через две недели поехал в Москву на аналогичный тренинг. Там задал все вопросы, потом постоянно был с Гоголем и Старченко на связи — они помогали, рассказывали нюансы, отвечали на вопросы по деятельности. Так пошло дальше: первое избрание, второе, третье, четвертое… и далее. Опыт работы и связь с Росимуществом помогли мне двигаться дальше в этой сфере.
Насколько вы в начале оценивали свои шансы на избрание?
Честно говоря, примерно, как 50 на 50 — как можно ли встретить в Москве динозавра или нет. Я посмотрел на уважаемых людей, которые были на мероприятии и которые уже избирались, и у меня сложилось впечатление, что я в их компании лишний. Тем не менее, далее, когда я в своем резюме и анкете уже мог указывать, что имею опыт работы в Совете директоров, я начал становиться более заметным и вписываться в данный круг профессионалов.
Не могли бы вы рассказать, чем занимались в начале своей карьерной деятельности?
В подробности, наверное, не буду углубляться, но скажу, что проблем было немало. Пришлось их решать, в том числе с кураторами из Росимущества. Почти сразу после моего избрания был издан указ Президента о передаче ряда компаний, которые находились под управлением Росимущества, в подчинении АО «Объединенная ракетно-космическая корпорация» (АО «ОРКК»), которая тогда создавалась. Соответственно, все акции уходили под управление Роскосмоса. Я начал с ними работать, и, учитывая, что ранее я и так работал с Роскосмосом по основной работе, это не составило труда. На следующий год я также был избран председателем Совета директоров, но в этот раз назначение проходило не через Росимущество, а через АО «ОРКК», которое управляло дочерними предприятиями. Мы обсуждали, как вывести предприятие на прибыль и решали стратегические вопросы.
Как вы впоследствии стали членом Правления НАКД?
Тут сыграли роль три фактора.
Во-первых, я постоянно общался с руководством НАКД и другими членами, что дало определенный репутационный вес.
Во-вторых, я окончил первый курс МГУ НАКД — наше профессиональное обучение «Корпоративный директор». На курсе я был лучшим, и это тоже сыграло свою роль. В-третьих, отдельная история — социальные сети. Как человек, который занимался противодействием иностранным техническим разведкам, я никогда не вел соцсети. Но на МГУ наш уважаемый член Наблюдательного совета Николай Григорьев рассказал, как он ведет свой Facebook* (принадлежит корпорации Meta, деятельность которой признана в России экстремистской и запрещена).
Он сказал, что нужно всегда «мелькать» в информационном поле коллег и профессиональных сообществ. Я завел страницу (тогда еще в Facebook* (принадлежит корпорации Meta, деятельность которой признана в России экстремистской и запрещена), сейчас мы все уже перешли в «VK» и «ТенЧат») и стал активно публиковать материалы. Это и не только сделало меня более заметным, и от части в связи с этим ряд членов НАКД предложили меня в Правление. Одной из задач было развитие соцсетей НАКД, и я как активный участник, который может принести пользу для НАКД, подходил для этой роли.
Когда вы начали заниматься корпоративным управлением, что стало для вас наиболее поразительным?
Я всегда думал, что корпоративное управление — это немного другой процесс, так как у нас нет четкого определения «корпоративного управления». Многие уверены, что это операционная деятельность компании. Существуют понятийные проблемы, так как в русском языке на данный момент нет правильного определения к словосочетанию «corporate governance».
На самом деле Совет директоров — это в первую очередь стратегия, а не участие в операционной деятельности.
Тем не менее в компаниях это могут быть смешанные понятия. Есть люди, которые придерживаются позиции, что такого не должно быть, но я не отношусь к этому критически, так как иногда члену Совета директоров полезно погрузиться в детали, чтобы проверить достоверность информации, а не просто прочитать отчет на основе которого он принимает стратегическое решение, как я уже писал в своей статье на РБК «Информационная безопасность в фокусе внимания ревизионной комиссии».
Необходимо самому погрузиться в операционную деятельность, а если самому не получается, попросить об этом Ревизионную комиссию.
Например, мы с Александром Гоголем были в одном Совете директоров Санкт-Петербургской компании, и нам принесли отчет по вопросу о повышении зарплаты генеральному директору. Для сравнения там были указаны зарплаты в ряде фирм. Если бы мы просто поверили отчету, приняли бы неверное решение. При детальном изучении мы поняли, что отчет недостоверный, исключили его из рассмотрения и принимали взвешенное решение на основе других, более экономически обоснованных данных.
Часто ли происходят такие ситуации?
Когда впервые приходишь в общество, менеджмент реагирует по-разному. Есть такие, кто не приемлют того, что пришел «посторонний» человек и начинает руководить. Поэтому бывают случаи на практике, что могут по итогу не дать ничего, так как в законе, к сожалению, не прописано, что Совету директоров обязаны предоставлять документы — это право есть только у Ревизионной комиссии.
Бывает и наоборот: дают горы документов, в которых можно утонуть. Иногда перед заседанием выясняется, что ты работал не с той версией, и тебе за пять минут дают новый документ на 300 страниц, по которому нужно принять решение.
Какие ваши достижения вы считаете наиболее значимыми?
Первое избрание Председателем Совета директоров — это было сверх того, что я вообще планировал.
Благодаря своей работе в 2023 году я получил медаль «185 лет управлению государственным имуществом России» от Росимущества, которая для меня очень ценна. Еще благодаря активной позиции и участию в деятельности Ассоциации я был избран в Общественный совет при Росреестре, где работаю и сейчас. Для меня это два наиболее значимых репутационных достижения, также как и избрания в ревизионные комиссии обществ из Перечня, утвержденного распоряжением Правительства Российской Федерации № 91-р.
Что бы вы хотели сказать тем, кто только начинает путь в корпоративном управлении и желает вступить в Совет директоров?
Не стоит бояться отсутствия опыта топ-менеджмента. Надо пообщаться с членами НАКД, понять, какие сильные стороны могут помочь вам позиционировать себя как ценного специалиста. Сейчас, например, востребованы IT-компетенции. Какие-либо индивидуальные знания, как например у меня в сфере информационной безопасности, вполне могут пригодиться в компании для формирования стратегического мнения.
Важно помнить о Ревизионных комиссиях. Есть сложные стратегические процессы, в которые должен быть погружен не только член Совета директоров, но и в Ревизионной комиссии должен быть человек, который разбирается в подобных вопросах. Также в службе внутреннего контроля на самом предприятии должен быть специалист, который помимо отчетности может проверить, к примеру, как построены IT-системы, насколько они соответствуют требованию аудита по информационной безопасности, как я писал в своей статье на РБК «Информационная безопасность в фокусе внимания ревизионной комиссии»
Первое — позиционировать свои сильные стороны.
Второе — после начала деятельности в корпоративном управлении не останавливаться, а постоянно работать над опытом и репутацией. Если ты избрался и ничего не делаешь — ты будешь никому не нужен. Если будешь излишне конфликтным и излишне активничать — это тоже плохо скажется на репутации.
Необходимо уметь лавировать. В своей статье на РБК я уже писал, почему опыт в госкорпорациях полезен и для частных компаний, потому что в государственном секторе рамки и правила гораздо жестче. Любая ошибка может навсегда закрыть путь в компании с госучастием. В частных компаниях с этим проще, так как после проблем с предыдущим собственником, можно в любом случае вступить в другое общество. В государственном же тщательно проверяют всю информацию о тебе.
Для меня, например, очень знаковым было избрание в Ревизионную комиссию АО «Объединенной судостроительной корпорации». Меня там проверяли несколько месяцев, и назначение было подписано М. В. Мишустиным, Председателем Правительства Российской Федерации. Соответственно, для меня это был признак того, что моя репутация и биография максимально чиста, поэтому для меня это было наибольшим репутационным достижением, чем многие другие вещи.
Также начинающим и желающим советую почитать цикл наших статей на РБК
А что по итогу лучше — государственная или частная компания?
И те, и другие прекрасны. Они работают по-разному, и для разностороннего опыта полезно быть и в государственных, и в частных компаниях. Это расширяет кругозор, круг общения, а также дает возможность расширить знания в отраслевой специфике.
Не стоит зацикливаться только на одной отрасли. Например, мы сейчас работаем в Советах директоров дочерних обществ АО «Головной центр по воспроизводству сельскохозяйственных животных» — это стратегические сельскохозяйственные предприятия в области воспроизводства и искусственного осеменения. И там ты являешься не только специалистом по сельскому хозяйству, но и специалистом по закупкам, экономике, финансам, юриспруденции, стратегическим и другим, иногда очень непростым вопросам. И как специалист в любой компании ты можешь дать ту экспертизу и виденье, которой в ней не хватает и которая нужна обществу.
И напоследок — как вы видите дальнейший вектор своего развития?
Конечно, у меня много планов, но, как водится, я предпочту оставить их в тайне, однако хочу сказать, что я двигаюсь сразу в нескольких направлениях, это, помимо корпоративного управления, и волонтерская деятельность, а также есть планы развития, связанные с частными советами директоров, паевыми инвестиционными фондами и т. д.
Было бы очень для меня интересно предложение и возможность поработать в советах директоров компаний, ценные бумаги которых обращаются на бирже, и компаний, которые готовятся к IPO и пре-IPO.
*Facebook принадлежит корпорации Meta, деятельность которой признана в России экстремистской и запрещена.
РБК
Мой путь в корпоративном управлении начался с мероприятия, которое устраивали Николай Старченко и Александр Гоголь в Санкт-Петербурге. Меня пригласили на него как выпускника Президентской программы подготовки управленческих кадров от Санкт-Петербургского межрегионального ресурсного центра.
Собственно, я заинтересовался, потому было анонсировано, что коллеги расскажут о том, как попасть в Советы директоров государственных компаний. И один из нюансов был в том, что для этого не обязательно быть членом Совета директоров, и для каждого предоставляется возможность оказаться в данной сфере и двигаться дальше по карьерной лестнице.
Данное мероприятия изначально было в Ресурсном центре, и в тот день его посетили около 350-400 человек. Николай и Александр рассказывали, что существует Институт государственного управления, в который Росимущество приглашает профессиональных проверенных и независимых членов Советов директоров. Для этого нужно соответствовать определенным критериям и выполнить определенные действия, в том числе зарегистрироваться в личном кабинете Росимущества на Межведомственном портале.
Они рассказывали достаточно подробно, за исключением того, какие конкретные шаги необходимы, чтобы вступить в Совет директоров и какие существуют технические (и не только технические) нюансы.
В конце выступления, коллеги сказали, что те, кто заинтересовался, приглашаются завтра на условно платное мероприятие, на котором полностью расскажут технику вопроса, разберут любые нюансы, конкретно по тебе — можешь ли ты претендовать на избрания в Советы директоров или ревизионные комиссии и т.п. Реакция публики в основном такая: как обычно, что-то рассказывают, а потом предлагают за деньги посетить мероприятие. Многие посчитали это обманом, выманиванием денег и ушли.
Основная масса ушла с таким мнением, а я все-таки решил посетить данное мероприятие, так как располагал необходимым временем и мне было это очень интересно. Оно оказалось достаточно недорогим — чисто организационная сумма: для комфортной работы со слушателями и проводилось в Доме предпринимателя Санкт-Петербурга.
Вместе со мной пришло еще около 15 человек. На мероприятии нам осветили полный цикл работы Совета директоров, и рассказали, как Росимущество проводит отбор независимых членов Совета директоров и Ревизионных комиссий.
После мероприятия я подошел к Гоголю Александру Амуровичу, обозначил несколько нюансов. В основном требовался опыт управления в финансах и опыт работы на уровне топ-менеджера или генерального директора, а также рекомендации. По итогу нашего общения Александр Амурович сам дал мне рекомендацию, необходимую для вступления меня в общественную организацию, которая в то время называлась НКО Объединение корпоративных директоров и менеджеров (ОКДМ), ныне Национальная ассоциация корпоративных директоров (НАКД).
Что касается отсутствия опыта — на тот момент я был всего лишь начальником отдела противодействия иностранным техническим разведкам и технической защиты информации. К Советам директоров, экономике, финансам и другим вещам, нужным для работы и в Ревизионных комиссиях, это отношения не имело. Но я мог себя позиционировать как человек с отраслевым опытом — у меня было опыт работы в космическом производстве, морского приборостроения и вооружения.
К тому же, один из нюансов, который мне помог и потом сыграл роль в избраниях, — наличие допуска к государственной тайне.
Надо сказать, что на этом мероприятии всем рассказывали, почему не стоит пытаться избираться в такие общества, как ПАО «Газпром», очевидно, что там проходит исключительно индивидуальный отбор на самом высоком уровне и случайных людей туда не выбирают, однако многие до сих пор не понимают, зачем не стоит подавать заявки в такие общества. На мероприятии нам также подробно объяснили то, как с отраслевым опытом и опытом трудовой деятельности выбирать те организации, куда есть реальные шансы попасть и где ты можешь быть востребован как специалист определенного профиля.
Я занялся оформлением, вступил в Ассоциацию, оформил необходимую электронную цифровую подпись и подался в пять стопроцентно государственных обществ под управлением Росимущества.
Как сейчас помню, 12 апреля, в День космонавтики, к которому я считаю себя причастным, проходила комиссия. Николай Старченко, как член комиссии по избранию, позвонил мне и сказал, что меня избрали в Совет директоров Технического центра «Новатор» — это общество на космодроме «Плесецк» (сейчас этого общества уже нет). А потом, когда вышли протоколы, я с удивлением узнал, что меня вообще назначили председателем Совета директоров. Вот что значит — правильно рассчитать свои шансы и подать заявки с умом.
Для меня это был культурный шок. Я сразу же позвонил Николаю Старченко, сказал: «Я тогда, на встрече, хорошо послушал, но не настолько детально, у меня куча вопросов — я же теперь председатель». Узнал, когда будет ближайшее мероприятие, и уже через две недели поехал в Москву на аналогичный тренинг. Там задал все вопросы, потом постоянно был с Гоголем и Старченко на связи — они помогали, рассказывали нюансы, отвечали на вопросы по деятельности. Так пошло дальше: первое избрание, второе, третье, четвертое… и далее. Опыт работы и связь с Росимуществом помогли мне двигаться дальше в этой сфере.
Насколько вы в начале оценивали свои шансы на избрание?
Честно говоря, примерно, как 50 на 50 — как можно ли встретить в Москве динозавра или нет. Я посмотрел на уважаемых людей, которые были на мероприятии и которые уже избирались, и у меня сложилось впечатление, что я в их компании лишний. Тем не менее, далее, когда я в своем резюме и анкете уже мог указывать, что имею опыт работы в Совете директоров, я начал становиться более заметным и вписываться в данный круг профессионалов.
Не могли бы вы рассказать, чем занимались в начале своей карьерной деятельности?
В подробности, наверное, не буду углубляться, но скажу, что проблем было немало. Пришлось их решать, в том числе с кураторами из Росимущества. Почти сразу после моего избрания был издан указ Президента о передаче ряда компаний, которые находились под управлением Росимущества, в подчинении АО «Объединенная ракетно-космическая корпорация» (АО «ОРКК»), которая тогда создавалась. Соответственно, все акции уходили под управление Роскосмоса. Я начал с ними работать, и, учитывая, что ранее я и так работал с Роскосмосом по основной работе, это не составило труда. На следующий год я также был избран председателем Совета директоров, но в этот раз назначение проходило не через Росимущество, а через АО «ОРКК», которое управляло дочерними предприятиями. Мы обсуждали, как вывести предприятие на прибыль и решали стратегические вопросы.
Как вы впоследствии стали членом Правления НАКД?
Тут сыграли роль три фактора.
Во-первых, я постоянно общался с руководством НАКД и другими членами, что дало определенный репутационный вес.
Во-вторых, я окончил первый курс МГУ НАКД — наше профессиональное обучение «Корпоративный директор». На курсе я был лучшим, и это тоже сыграло свою роль. В-третьих, отдельная история — социальные сети. Как человек, который занимался противодействием иностранным техническим разведкам, я никогда не вел соцсети. Но на МГУ наш уважаемый член Наблюдательного совета Николай Григорьев рассказал, как он ведет свой Facebook* (принадлежит корпорации Meta, деятельность которой признана в России экстремистской и запрещена).
Он сказал, что нужно всегда «мелькать» в информационном поле коллег и профессиональных сообществ. Я завел страницу (тогда еще в Facebook* (принадлежит корпорации Meta, деятельность которой признана в России экстремистской и запрещена), сейчас мы все уже перешли в «VK» и «ТенЧат») и стал активно публиковать материалы. Это и не только сделало меня более заметным, и от части в связи с этим ряд членов НАКД предложили меня в Правление. Одной из задач было развитие соцсетей НАКД, и я как активный участник, который может принести пользу для НАКД, подходил для этой роли.
Когда вы начали заниматься корпоративным управлением, что стало для вас наиболее поразительным?
Я всегда думал, что корпоративное управление — это немного другой процесс, так как у нас нет четкого определения «корпоративного управления». Многие уверены, что это операционная деятельность компании. Существуют понятийные проблемы, так как в русском языке на данный момент нет правильного определения к словосочетанию «corporate governance».
На самом деле Совет директоров — это в первую очередь стратегия, а не участие в операционной деятельности.
Тем не менее в компаниях это могут быть смешанные понятия. Есть люди, которые придерживаются позиции, что такого не должно быть, но я не отношусь к этому критически, так как иногда члену Совета директоров полезно погрузиться в детали, чтобы проверить достоверность информации, а не просто прочитать отчет на основе которого он принимает стратегическое решение, как я уже писал в своей статье на РБК «Информационная безопасность в фокусе внимания ревизионной комиссии».
Необходимо самому погрузиться в операционную деятельность, а если самому не получается, попросить об этом Ревизионную комиссию.
Например, мы с Александром Гоголем были в одном Совете директоров Санкт-Петербургской компании, и нам принесли отчет по вопросу о повышении зарплаты генеральному директору. Для сравнения там были указаны зарплаты в ряде фирм. Если бы мы просто поверили отчету, приняли бы неверное решение. При детальном изучении мы поняли, что отчет недостоверный, исключили его из рассмотрения и принимали взвешенное решение на основе других, более экономически обоснованных данных.
Часто ли происходят такие ситуации?
Когда впервые приходишь в общество, менеджмент реагирует по-разному. Есть такие, кто не приемлют того, что пришел «посторонний» человек и начинает руководить. Поэтому бывают случаи на практике, что могут по итогу не дать ничего, так как в законе, к сожалению, не прописано, что Совету директоров обязаны предоставлять документы — это право есть только у Ревизионной комиссии.
Бывает и наоборот: дают горы документов, в которых можно утонуть. Иногда перед заседанием выясняется, что ты работал не с той версией, и тебе за пять минут дают новый документ на 300 страниц, по которому нужно принять решение.
Какие ваши достижения вы считаете наиболее значимыми?
Первое избрание Председателем Совета директоров — это было сверх того, что я вообще планировал.
Благодаря своей работе в 2023 году я получил медаль «185 лет управлению государственным имуществом России» от Росимущества, которая для меня очень ценна. Еще благодаря активной позиции и участию в деятельности Ассоциации я был избран в Общественный совет при Росреестре, где работаю и сейчас. Для меня это два наиболее значимых репутационных достижения, также как и избрания в ревизионные комиссии обществ из Перечня, утвержденного распоряжением Правительства Российской Федерации № 91-р.
Что бы вы хотели сказать тем, кто только начинает путь в корпоративном управлении и желает вступить в Совет директоров?
Не стоит бояться отсутствия опыта топ-менеджмента. Надо пообщаться с членами НАКД, понять, какие сильные стороны могут помочь вам позиционировать себя как ценного специалиста. Сейчас, например, востребованы IT-компетенции. Какие-либо индивидуальные знания, как например у меня в сфере информационной безопасности, вполне могут пригодиться в компании для формирования стратегического мнения.
Важно помнить о Ревизионных комиссиях. Есть сложные стратегические процессы, в которые должен быть погружен не только член Совета директоров, но и в Ревизионной комиссии должен быть человек, который разбирается в подобных вопросах. Также в службе внутреннего контроля на самом предприятии должен быть специалист, который помимо отчетности может проверить, к примеру, как построены IT-системы, насколько они соответствуют требованию аудита по информационной безопасности, как я писал в своей статье на РБК «Информационная безопасность в фокусе внимания ревизионной комиссии»
Первое — позиционировать свои сильные стороны.
Второе — после начала деятельности в корпоративном управлении не останавливаться, а постоянно работать над опытом и репутацией. Если ты избрался и ничего не делаешь — ты будешь никому не нужен. Если будешь излишне конфликтным и излишне активничать — это тоже плохо скажется на репутации.
Необходимо уметь лавировать. В своей статье на РБК я уже писал, почему опыт в госкорпорациях полезен и для частных компаний, потому что в государственном секторе рамки и правила гораздо жестче. Любая ошибка может навсегда закрыть путь в компании с госучастием. В частных компаниях с этим проще, так как после проблем с предыдущим собственником, можно в любом случае вступить в другое общество. В государственном же тщательно проверяют всю информацию о тебе.
Для меня, например, очень знаковым было избрание в Ревизионную комиссию АО «Объединенной судостроительной корпорации». Меня там проверяли несколько месяцев, и назначение было подписано М. В. Мишустиным, Председателем Правительства Российской Федерации. Соответственно, для меня это был признак того, что моя репутация и биография максимально чиста, поэтому для меня это было наибольшим репутационным достижением, чем многие другие вещи.
Также начинающим и желающим советую почитать цикл наших статей на РБК
А что по итогу лучше — государственная или частная компания?
И те, и другие прекрасны. Они работают по-разному, и для разностороннего опыта полезно быть и в государственных, и в частных компаниях. Это расширяет кругозор, круг общения, а также дает возможность расширить знания в отраслевой специфике.
Не стоит зацикливаться только на одной отрасли. Например, мы сейчас работаем в Советах директоров дочерних обществ АО «Головной центр по воспроизводству сельскохозяйственных животных» — это стратегические сельскохозяйственные предприятия в области воспроизводства и искусственного осеменения. И там ты являешься не только специалистом по сельскому хозяйству, но и специалистом по закупкам, экономике, финансам, юриспруденции, стратегическим и другим, иногда очень непростым вопросам. И как специалист в любой компании ты можешь дать ту экспертизу и виденье, которой в ней не хватает и которая нужна обществу.
И напоследок — как вы видите дальнейший вектор своего развития?
Конечно, у меня много планов, но, как водится, я предпочту оставить их в тайне, однако хочу сказать, что я двигаюсь сразу в нескольких направлениях, это, помимо корпоративного управления, и волонтерская деятельность, а также есть планы развития, связанные с частными советами директоров, паевыми инвестиционными фондами и т. д.
Было бы очень для меня интересно предложение и возможность поработать в советах директоров компаний, ценные бумаги которых обращаются на бирже, и компаний, которые готовятся к IPO и пре-IPO.
*Facebook принадлежит корпорации Meta, деятельность которой признана в России экстремистской и запрещена.
РБК